Отмена национализации «Исети» — это шанс на правосудие в деле «Макфы», — Евгений Ковалев
![адвокат Евгений Ковалев адвокат Евгений Ковалев](https://www.dk.ru/system/images/news/000/961/000_x_large_new_origin_copyright.jpg)
Верховный суд отменил решение о конфискации в «казну» завода предпринимателя Малика Гайсина. Это первый прецедент в череде дел, связанных с «ползучей национализацией» бизнеса. Будут ли другие?
25 июня коллегия по гражданским делам Верховного суда России отменила решение о национализации контрольного пакета акций завода «Исеть» и отправила дело на повторное рассмотрение в Ленинский районный суд Екатеринбурга. 18 июля появилась мотивировочная часть решения Верховного суда.
Адвокат Евгений Ковалев рассказал DK.RU, почему ее содержание (как и само решение) представляют интерес не только в связи с делом экс-гендиректора «Исети» Малика Гайсина, но и национализированной «Макфы». Он защищает интересы ответчиков в этом процессе. В настоящий момент дело находится на этапе апелляции, Челябинский областной суд рассмотрит его 29 июля.
справка
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда сочла, что решения нижестоящих судов по делу «Исети» приняты «с существенным нарушением норм права». Какие именно доводы приведены в мотивировочной части?
— Согласно позиции Генпрокуратуры, с которой согласились суды трех инстанций, Малик Гайсин приобрел контроль над заводом «Исеть» в нарушение требований антикоррупционного законодательства — будучи депутатом. Это предприятие (как и «Макфа») было изъято в доход государства на основании подпункта 8 пункта 2 ст. 235 ГК РФ (обращение в доход РФ имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством РФ о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы).
В мотивировочной части решения Верховного суда говорится, что до 8 июля 1999 г. не было запрета на участие депутатов в органах управления юридических лиц, а до 25 декабря 2008 г. парламентариям разрешалось владеть ценными бумагами. Исходя из толкования закона о статусе депутата (норма действовала в 1994–1999 гг.), депутат не считался госслужащим. Поэтому на Малика Гайсина не может распространяться указ президента РФ «О борьбе с коррупцией в системе госслужбы», согласно которому служащие госаппарата не могут заниматься предпринимательской деятельностью. Кроме того, судебная коллегия ВС сочла, что размер исковых требований, заявленных прокурором, не мотивирован, а доказательства незаконного получения Гайсиным доходов в 1996–2000 гг. не представлены.
Принципы действия законов во времени — не самая сложная «материя», обычно с них начинают изучать право студенты юридических факультетов. Однако в деле «Исети» они были проигнорированы судами трех инстанций.
По сути, Верховный суд «напомнил» всем, что закон не имеет обратной силы (если не предусмотрено иное), и в отношении событий 1996–1999 гг. нельзя применять нормы, принятые позднее. В частности, упомянутый выше подпункт 8 пункта 2 ст. 235 ГК РФ вступил в силу лишь 1 января 2013 г.
Кажется, со сроками исковой давности в деле «Исети» тоже что-то «пошло не так»?
— По закону, срок исковой давности составляет три года. Он должен исчисляться с момента, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушенном праве. В деле «Исети» потерпевшая сторона — государство, поскольку иск был подан в защиту его интересов.
Депутаты ежегодно отчитывались о доходах. С момента предоставления отчета государство в лице госорганов могло (и должно было) контролировать, соответствует ли действительности содержащаяся в документе информация. Таким образом, срок исковой давности должен исчисляться с момента предоставления депутатом отчета о доходах. Другой даты я не могу представить. Поэтому берем дату каждого отчета, добавляем три года — и смотрим. В случае Малика Гайсина срок исковой давности истек в 2003 г.
Генпрокуратура пыталась преодолеть это обстоятельство, ссылаясь на то, что речь идет о нематериальном благе — защите интересов общества и государства. На такие иски сроки давности не распространяются. Однако Верховный суд подчеркнул в определении, что, согласно ГК РФ, к нематериальным благам относятся жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, личная и семейная тайна, имя, авторство и иные блага, принадлежащие гражданину.
Почему об этом не знали представители судов трех инстанций — большой вопрос. Игнорирование очевидных норм права — это страшно. Сегодня мы наблюдаем эту тенденцию в делах, инициированных Генпрокуратурой. Но в дальнейшем она может получить широкое распространение в процессах, не связанных с этим ведомством. Наверное, поэтому на примере дела «Исети» Верховный суд однозначно показал невозможность применения законов в угоду чьим-то интересам.
Каков следующий виток этого дела?
— Верховный суд направил его на новое рассмотрение в суд первой инстанции, то есть в Ленинский суд Екатеринбурга. Он обязан учесть позицию, которую занял Верховный суд, отменивший ранее принятые решения.
Но есть «нюанс»: завод «Исеть» уже передан «Ростеху» указом президента.
— Я смотрю на это как юрист. Президент передал активы Малика Гайсина «Ростеху», но это не значит, что противоречащее нормам права решение нельзя отменить. Дело будет заново рассмотрено, и, если суд сочтет, что иск Генпрокуратуры можно не удовлетворить, заработают механизмы, действующие в обратном направлении. Правда, пока непонятно, как и какие.
Что общего в делах «Исети» и «Макфы»?
— Общее — и в подходах, и в выводах. Во-первых, в применении срока исковой давности. Михаил Юревич был депутатом Госдумы с 1999 по 2003 гг., главой Челябинска — с 2005 по 2009 гг., губернатором — с 2010 по 2014 гг. Таким образом, его пребывание во власти завершилось 10 лет назад, и сроки исковой давности давно истекли.
Во-вторых, Михаил Юревич стал депутатом в 1999 г., а «Макфа» была создана задолго до этого. Возникает вопрос: почему изъяли предприятие? Причем акций «Макфы» лишился не только Михаил Юревич, но и его родители.
справка DK.RU
В мотивировке по делу «Исети» Верховный суд подчеркнул, что в предмет доказывания входит то, на какие денежные средства приобретено имущество. Ни в деле «Исети», ни в деле «Макфы» нет данных об использовании «серых» денег для покупки имущества. Что не помешало суду принять решение об изъятии даже долей компаний с уставным капиталом в 10 тыс. руб. Причем ни Михаил Юревич, ни Вадим Белоусов их не вносили.
Для нас очень важны выводы Верховного суда, сделанные в отношении дела Малика Гайсина. Мы будем ссылаться на них в апелляции по делу «Макфы».
А если апелляционный суд не воспримет ваши аргументы?
— Мы надеемся, что Челябинский областной суд учтет позицию Верховного суда по схожему делу. Если же апелляция поддержит решение первой инстанции, будем добиваться правосудия до тех пор, пока на него есть шанс. Мне представляется, другого пути нет.
Читайте также:
«Это опасные прецеденты». Роман Речкин — об изъятии акций СМЗ и «Макфы» в госсобственность
О чем говорит «кейс Гайсина» и можно ли проецировать его на весь бизнес — адвокаты «LOYS»
Возможны ли в России деприватизация жилья и контроль расходов физлиц — Роман Речкин